Карл Юнг об отображении травмы в сновидениях

Травматический комплекс вызывает диссоциацию психического. Сам комплекс оказывается вне волевого контроля и по этой причине обладает качеством психической автономии. Собственно, такая автономия заключается во власти комплекса проявлять себя независимо от воли индивида и даже противоположно его сознательным тенденциям: утверждать себя тираническим образом над сознательным разумом. Взрыв аффекта — это полное вторжение парциальной личности, которая обрушивается на индивида подобно врагу или дикому животному. Мне довольно часто приходилось наблюдать, как типичный травматический аффект иллюстрировался в сновидениях в виде дикого и опасного животного — впечатляющее изображение автономной природы, отщепленной от сознания.

(c) Карл Густав Юнг, 1928

Карл Юнг об образах сновидений

Когда вы мирно спите в своей постели и грезите личные сны, какая может быть связь между вашим сном и пирамидами? – они кажутся несопоставимыми. Но вы можете найти близкую параллель вашему сну в египетском тексте, содержащем те же символы. Или вы можете найти в весьма ученой книге Уоллиса Баджа перевод каких-то иероглифов и подумать: вот Египет, а вот мой сон, и глупо их сравнивать, между ними нет ничего общего. Но писец, записавший этот текст, был человеком, по большей части таким же, что и вы – волосы, два глаза, нос, два уха и руки, те же естественные функции, он был счастлив, печален. любил, родился и умер, и это главные особенности. Даже болезни у нас практически одинаковые; некоторые болезни исчезли, некоторые появились, но в целом разницы нет. Главные особенности человеческой жизни остаются теми же в течение пяти или шести тысяч лет, а то и больше, бесконечно долгий период. Первобытными племенами движут те же эмоции, что и нами. Крестьянский горизонт иной, но основные особенности те же, фундаментальные концепции жизни и мира те же; и наше бессознательное говорит на самом интернациональном языке. Я анализировал сны негров Сомали, как если бы они были жителями Цюриха, за исключением отличий в языке и образах. Когда первобытному человеку снятся крокодилы, питоны, быки и носороги, нам снится, что нас переезжают поезда и автомобили. И то, и другое на самом деле один и тот же голос; наши современные города звучат как первобытный лес. То, что мы выражаем банкиром, сомалиец выразит питоном. Поверхностный язык разный, но факты, лежащие в основе, те же. Поэтому мы можем провести исторические параллели, все это не взято с потолка, эти вещи гораздо живее, чем вы можете подумать или предположить.

Карл Густав Юнг. Анализ Сновидений — Зимний семестр. Лекция VI

Джереми Тейлор. Самоубийство в Сновидениях

The Fool

Jeremy Taylor. Suicide in Dreams

Смерть в сновидении — это серьезный указатель на то, что рост и перемены в сновидце столь серьёзны, что только «смерть» старого «я» (или части «я») является подходящим символом для того процесса перемен, который происходит со сновидцем.

Образ и переживание смерти в сновидческой реальности — это наиболее частая и надежная метафора основательного внутреннего роста и перемен, предлагаемая коллективным бессознательным. Как правило, данный архетипический образ функционирует следующим образом: если «Я» действительно готово к росту и развитию, тогда вся моя жизненная энергия должна быть забрана у моего текущего «Я» и предоставлена новому «Я», и потому «смерть» является наиболее подходящим символом для этого процесса перевода жизненной энергии из старого «Я» в новое.

Читать далее Джереми Тейлор. Самоубийство в Сновидениях